Unilibrary. Oliy ta'lim muassasalarining yagona elektron kutubxona axborot tizimi.

O'n Sakkizga kirmagan kim bor

Jamshid uyg'onib ketib, yonini paypasladi onasi yo'q. hali ham majlisdan qaytmapti. Yig'lagisi keldi-yu, qorong'i uyning sukunati bosib qo'rqdi. Sekin derazaga qaradi. Laxtak-laxtak qora, ho'l bulutlar bog etagi tomon osi-lib borar, ular orqasidan sarg'ayib oy ko'rinardi. „Tip-tip" tomchi tovushi keldi. So'ng shamol tomorqadagi daraxt-larni silkitdimi, tom ustiga shovdirab yomg'ir suvi to'kildi. Yomg'ir tinipti-da", deb o'yladi Jamshid va yana tashqa-riga quloq tutdi

Бедор тун томчилари

Қўлингиздаги китоб истеъдодли шоира Шарифа Салимова-нинг шеърият гулшанидан сиз азиз ўқувчиларга тутаётган янги гулдастасидир. Мунаккид таъкидлаганидек, «шоира дилида ке чаётган нафис туйғуларни образлар, мажозлар тилида моҳирона жилолантириб, ўқувчини ўз асирига айлантиради». Она Ватан, мангу навқирон ишк сувратлари ўзига хос шеърий жозиба касб этиб, қалбингизга кириб боради. Тўпламдан жой олган достонлар эса олис тарихимиз билан рўбарў бўлиш йўлидаги яна бир адабий имкониятдир. Ўйлаймизки, ушбу тўплам сизга манзур бўлади.

Избранное. Том 2.

Во второй том избранных произведений И. Друцэ вошли два романа: «Белая Церковь» и «Бремя нашей доброты». Дей-ствие романа «Белая Церковь» развертывается в основном в Молдавии во второй половине XVIII века во время русско-турецкой войны. Роман «Бремя нашей доброты» о жизни молдавской деревни, действие романа начинается в 1914 году и завершается в 60-е годы нашего столетня

рлянда джатак или сказания о подвигах бодхисаттвы.

В литературе буддизма, создававшейся в течение многих веков на различных языках, значительное место занимают сказания и легенды, которыми была окружена личность осно-вателя учения Будды Гаутамы. Среди них особый интерес представляют джатаки - повествования о легендарных событиях из прошлых рождений Будды.

Битвы и годы.

И вдруг оказалось, что Павел Иваныч уже несколько дней в Ярославле, а к ней не зашел, и встретились они нечаянно, - столкнулись на набережной, и когда встре тились, он не сказал ей того, что ей хотелось от него услышать. Он очень изменился за два года, похудел, по-чернел, мальчишеская округлость лица совсем исчезла. Он ей обрадовался, сказал, что она еще выросла, прово-дил ее до дому. Спросил ее, что она делает, и она отве-тила, что ведет кружок на пристани, учит грузчиков гра-моте. Потом спросил, как поживает Антонина Ивановна, Настина мама. О себе он сказал только, что приехал в Ярославль на работу и очень занят.

Запоздалый стрелок. Истории реальные и сказочные.

Он прошел туда, где две медные, покрытые пятнами ярь-медянки ванные колонки, как две торпеды, лежали среди травы, и сел на одну из них. Мирно пахло крапивой и ржавчиной. В черные оконные проемы нижних этажей влетали воробьи; в светлые оконные проемы седьмого этажа влетали ласточки. Выше лежал светлосерый четырехугольник петроградского летнего неба. Там живет бог. Он, конечно, есть. Но он вроде управдома Бурякова: добрый, а сделать ничего не может. На днях тетя Аня опять ходила к этому Бурякову, просила подселить кого-нибудь в квартиру

Пора надежд и свершений.

Запнувшись, Максим невольно покосился на Шульгу и встре-тил его укоризненно-вопрошающий взгляд. Подумал: Федор Архипович, может быть, скажет что-то значительное в его защиту, и не скрывал надежды, вспыхнувшей в его утомленных глазах. Но Федор Архипович недовольно покачал головой и опустил глаза на зеленую папку, лежавшую перед ним. Профессор Мефодий Лаврентьевич Ярмола старательно наби-вал трубку табаком, точно только это имело для него сейчас зна-чение

Пора надежд и свершений.

Натан Рыбак - павестный украинский писатель, чьи пропзведения ши-роко популярны во всем Советском Союзе и ва его пределами. Он большой общественный деятель, выдающийся борец за мир. Перу Н. Рыбака принадлежат рассказы, повести, романы, среди кото-рых особой навестностью пользуются романы «Киев», «Днепр», «Ошибка Оноре де Бальзака»; Государственной премии СССР удостоена эпопея «Пере-иславская Рада», повествующая об освободительной войне украинского на-рода под водительством Богдана Хмельницкого.

Собрание сочинений. Том 5-6.

Я точно духъ, проникшій въ глубину сердца; я жилъ въ его нѣдрахъ, ощущалъ жизнь другого авца, думалъ его мыслями, узналъ его сокровенныя тайны, скрытыя въ святан святыхъ, струну, до кото рой еще никто не дотрогивался, звукъ, различаемый только среди мол-чанія крови, когда пульсъ, артеріп и вѣны похожи на спокойное озеро лѣтомъ, покрытое легкою зыбью. Я точно искуснымъ ключемъ от перъ золотыя мелодін, переливавшіяся въ глубиѣ души поэта, освободилъ ихъ и окунулся въ нихъ, какъ орелъ окунается въ грозовыхъ облакахъ, облачая свои крылья модніей.

BA'ZILAR OLISDAN SEVARLAR

Menga kelishingni istayman. Meni davola. Ishonchimni va qalbimni o'rniga qo'y qaytadan. Yana suyana olay. Jazavasi tutgan bir to'da qarg'a misol ustimda qag'illab turgan bir qancha ovozning ichidan ajrata oladiganim va sira hadiksiramaydiganim yagona narsani, ya'ni ovozingni puflab turib, labimga suya. Ammo to'satdan bo'lmasin bu. Avval dudoqlaringni biroz sovut. Go'dagiga oshini va suvini ilk marta tutayotgan onaning, lablarini qoshiqqa ohista tekkizib, bolasining og'zini kuydirmasligiga amin bo'lishi kabi shafqat bilan qil. Albatta, bunga majbur emassan. Ammo men tomon kelishingni istayman. Chunki tashqaridagi dunyoda yashamagan bir inson majbur ravishda o'zining ichida yangi bir olam yaratadi va ketgan har joyiga u dunyoni olib yuradi. Masalan, ko'chada yurarkan, ulkan bir gumbazning ichidadek o'zidan amin va xavfsiz ko'rinarkan, baribir uni xafa qilmasliklari uchun insonlar bilan orasiga masofa qo'yadi. Boqishlari teshib yuboray deydi hamma narsani. Birov bilan o'rtoq tomoni yo'q. Doim xayol suradi, ammo so'raganlarga "Sira xayol surmayman" deydi.

Полное собрание сочинений Том 11

ХІ и ХІІ томы настоящего издания - первое полное собрание писем Белинского, выходящее за годы советской власти. Существовавшее до сих пор единственное полное издание писем великого критика, выпущен-ное Е. А. Ляцким в 1914 г. (в трех томах), не отвечает современным тре-бованиям научного издания. После его выхода в печати появилось более пятидесяти писем Белинского.

Полное собрание сочинений

B 1876 г. Салтыков-Щедрин фактически заменил боль-ного Некрасова в качестве редактора «Отечественных запи-сок». В 1884 г. «Отечественные записки» были закрыты в ре-зультате одного из припадков правительственной реакции восьмидесятых годов. Письма Салтыкова-Щедрина за этот период представляют значительный интерес и для биографа великого сатирика и для историка общественной мысли России.

БОЛАМНИ ЯХШИ КЎРАМАН

Боламни яхши кўраман! Шубҳасиз, ҳар бир ота-она «Мен ҳам» дея бу гапга қўшилади. Лекин ҳаммамизнинг ҳам амалимиз бунга мувофиқ эмас. Шунинг учун бу китобда ота-она ва фарзандлар орасини яхшиловчи, яқинлаштирувчи амаллар ҳақида тавсиялар берилди. Бошқача қилиб айтганда, боласини яхши кўрадиган ота-оналар нималарга эътибор қилиши ҳақида сўз юритдик

Собрание сочинений. Том 3-4

Домашній идолъ изъ воска, на который никто не обращалъ вниманія, стоялъ около огня, гдѣ обжигались благородныя кампаней скія вазы, и началъ таять Онъ обратился съ горькими жалобами къ стихій. Посмотри, сказалъ онъ, какъ жестоко относишься ты ко мнѣ! Вазамъ ты придаешь прочность, а меня губишь! Но огонь отвѣтилъ: Тебѣ не на что жа-ловаться, развѣ только на собственную при роду. Что до меня касается, то я вездѣ и всегда огонь.

Собрание сочинений Том 9-10.

Падуанскій университеть заслуживаетъ мѣсто въ исторіи фи-лософіи не столько за провозглашеніе какого нибудь самобытна-го ученія, сколько за сохраненіе потомству всѣхъ другихъ школъ средневѣковыхъ преданій. Въ самомъ дѣлѣ, падуанская филосо-фія есть не что иное, какъ схоластика, пережившая самой себя • и продолжавшая на обособленномъ пунктѣ свое медленное раз-рушеніе, подобно римской имперіи, сведенной къ Константино-полю или мусульманскому владычеству въ Испаніи, заключенно-му въ стѣнахъ Гренады. Арабская школа перипатетиковъ, олице творенная Аверроэсомъ, такъ сказать, окапывается на сѣверо-востокѣ Италіи и тамъ влачить свое существованіе до первой половины XVI столѣтія. Кремонини, умершій въ 1631 году, есть, собственно говоря, послѣдній схоластикъ.

Собрание сочинений. Том 7-8.

Я разсчитываль, что этотъ томъ будетъ продолженіемъ „Философскихъ діалоговъ. При настоящемъ положеніи человѣческаго ума, только форма діалога соотвѣтствуеть, по моему мнѣнію, изложенію философскихъ идей. Истинъ этого порядка нельзя ни прямо отрицать, ни прямо утверждать; онѣ не могутъ быть предметомъ доказательствъ. Можно только представить ихъ съ ихъ различныхъ сторонъ, указать ихъ слабыя и сильныя сто роны, ихъ необходимость и значеніе. Въ такомъ положеніи на-ходятся всѣ высшія проблемы человѣчества. Кто можетъ въ на-стоящее время подумать о правильномъ изложеніи политической науки? Великіе вопросы соціальной морали приводять въ кон-цѣ концовъ къ крайне спорнымъ, несводимымъ другъ на друга рѣшеніямъ. Политическая экономія-это вѣчный діалогъ двухъ системъ, изъ которыхъ одной никогда не удастся вытѣснить другую или убѣдить ее въ абсолютной ошибочности